Охотники за ракушками
«Ты давно последний раз была на море?» – позвонила утром подруга. Странная особенность у моря: живя в пятнадцати часах лёта от него, только и мечтаешь искупаться, завидуя местным жителям; живя в пятнадцати минутах от набережной, постоянно откладываешь отдых на берегу. Три года я не бегала босиком по морскому песку с мелкими ракушками.
Я очень скучаю по живительным прогулкам по набережным Тель-Авива или Хайфы, где монотонный стук игры в матки усыпляет, и всегда найдется легендарный продавец мороженого, славный образ старых израильских фильмов, таскающий на плече огромный холодильный чемодан в наклейках и зазывающий выбрать за шекель сладкий лед на любой вкус.
Адам и Ноя радостно уселись в машину, мечтая набрать ракушки. Подруга заговорщически мне подмигнула и показала корзину с булочками и шоко для детей и пивом для нас. Она посетовала, что мы привезли с собой из Калифорнии дождь. Ещё несколько дней назад море было тёплым и прозрачным, оно совсем чуть-чуть не дождалось нас.
После дождя на песок вынесло несметные сокровища ракушек и цветных камней. Адам и Ноя были потрясены такими бесхозными богатствами, на которые абсолютно никто кроме них не посягал, и занимали себя сами, собирая клад в пластиковые коробочки,заботливо припасённые подругой. Они болтали на английском, периодически друг другу напоминая , что море на иврите будет «ям», странным образом названным, по их представлению, в честь нашей любимой Марины.
Три часа я болтала с подругой, изредка восхищаясь особо красивыми находками моих морских пиратов. Вокруг царил РАЙ. Самый настоящий. По-летнему тёплый лучистый день, свежий воздух, умиротворяющий пейзаж, приятное общение. Спокойные люди вокруг, не обременённые стрессом офисов и проблемами самореализациии. Я чувствовала себя, как на съемочной площадке эстетского фильма о спокойном счастье.
Неподалеку, лежа на песке, солидного возраста пенсионер интенсивно и самозабвенно выделывал сложнейшие па растяжек. Томная праздная красавица полусидела на пляжном кресле и выпускала в небо витиеватые колечки дыма, театрально отодвигая в сторону длинную сигарету, зажатую малиновыми ногтями. Длинноволосый стильный папа подбрасывал вверх младенца, тая от его звонкого хохота.
Уходить с шикарного тель-авивского пляжа не хотелось. Зайцы крепко прижимали к груди по два килограмма морских находок, счастливо напевая «ям-ям-ям», и представляя себе, как дико обрадуется ракушкам в песке бабушка. Они хвастались, что научились убегать от волн и демонстрировали моей подруге-израильтянке все слова, которые они знают на иврите. «Кейф!» – улыбались они ей. И правда отпад, полный кайф, подумала я. Ям – это кейф!
