Почтовый ящик

- Крис, Кристик, скажи что-нибудь, мне так страшно одному! Крис, Бобёр, это я, Джош,ты же знаешь, я боюсь темноты. Почему ты молчишь? Хочешь, стукни меня, только не молчи, Кристофер!

Кристофер медленно открыл глаза, но ничего вокруг не было видно. Темно. Нога нестерпимо болела. Он потрогал ее указательным пальцем и дернулся от боли. Рядом плакал младший братишка.

- Джош, чего ревёшь? Где мы?  – прошептал почему-то Кристофер.
Не зря бабушка называла его самым лучшим в мире старшим братом. Ему было уже шесть, и он умел сам делать омлет и мазать для Джоша булку маслом, если,
конечно, в холодильнике не было пусто. Он мог сам застегнуть четырехлетке все
пуговицы на рубашке, и даже уложить братишку спать, прикидываясь, что читает
ему книжку по-настоящему.

На самом деле, это была его маленькая хитрость, читать он мог пока только книжки с большими буквами, а Джошик просил всегда другую, с яркими картинками, на которых мама и папа и две сестрички плескались в бассейне и загорали на шезлонгах. Кристофер сам любил эти картинки, и каждый раз сочинял новые истории про эту веселую семью.  То они все вместе собирались
ехать на Гавайи, то мечтали о походе в пиццерию. И мама всегда была очень
веселой, доброй, и всегда трезвой.

- Крис, мы в шкафу, ты не помнишь? Нас мама наказала, мы с тобой очень громко на мечах дрались и разбили чашку. И ты посуду не помыл днем, она ужасно на тебя рассердилась. Ты зачем кричал на нее в ответ? Она обиделась и побила тебя.  – Джош всхлипывал и трогал Кристофера за  лицо, поглаживая щеку. – Тебе очень больно? Ты так долго молчал, только стонал все время, я боялся, что ты не проснешься. Я есть хочу очень.

Кристофер тронул черную стенку перед собой. Заперто. Неужели ОНА заперла их на ключ?  В шкафу сильно пахло отчимом: сигаретный противный дым въелся в мамины когда-то пахнущие цветами платья, запах несвежих рубашек и алкоголя бил в нос, вызывая рвотное желание выплеснуть весь этот ненавистный новый мир и вернуть старый, где мама еще смеялась и они вместе смотрели фильмы и жевали попкорн. Быть может, они даже собирались однажды на Гавайи, поваляться на голубых шезлонгах и поиграть в мяч на берегу. Иначе зачем
бы дома была эта радостная книжка?

Кристофер был почти уверен, что все это было, что он помнит, как им было спокойно и радостно. Но зато в том, старом мире не было Джоша, а Джоша он не променял бы ни на какие сокровища в мире. Джош в шутку называл его Бобёр, завидуя трём новым маленьким сверкающим зубам впереди, а Крис любил дразнить его Крокодильчиком, или просто Кроком за ненасытный аппетит и постоянный поиск еды. Крис знал, как младший брат боготворит его и готов был защищать своего любимого Крокодильчика от всех напастей в мире, даже от пьяной матери. Крис попробовал встать, но тысячи иголок ниже колена пронзили ногу и он почти заплакал. Плакать было нельзя, Джош и так боялся темноты и крепко держался за рукав брата.

- Бобёр, давай закричим и попросим прощения? Мама услышит и придёт, она наверняка уже и не злится вовсе. Давай скажем, что мы не хотели и ты извинишься, – тихонько канючил Джош.

- Я не буду, я не хочу извиняться, я просто не успел всё помыть. Хочешь – сам ори, – как можно более спокойным и безразличным тоном произнёс Крис, надеясь, что мать уже отошла и  в самом деле отопрёт их.

Самому ему есть совсем не хотелось, но он знал, что Джош вот-вот начнет плакать от голода. Джош крикнул: “Мама!” Никто не ответил. Тогда он крикнул громче, изо всех сил стараясь докричаться через закрытый шкаф, через всю мамину спальню до салона. Он даже носом уткнулся поближе к щели около замка: “Маааа! Мы больше не будем! Я клянусь! Крис всю посуду помоет! Я есть хочу!
Пожалуйста!” Тишина в ответ испугала даже Криса.

Не могла же ОНА забыть про них, сидящих в шкафу? А если вдруг они просидят тут год, то совсем закончится воздух, им будет нечем дышать. Сначала они будут по очереди дышать в замочную скважину, и он, Крис, конечно будет больше уступать место у замка брату, он же совсем еще маленький, хотя и привирает на вопрос о возрасте. Джош совсем малыш, надо срочно что-то придумать, пока воздух не кончился! Не зря же он столько передач смотрел по телеку, там все время было что-то о спасателях, о героях.

Вот только бы ему на ноги встать. Наверняка можно эти дурацкие двери с зеркалом сдвинуть. Крис лег поперек узкого шкафа, уперевшись головой в полки и здоровой ногой в двери, и попытался надавить изо всех сил. Дверь скрипела, но не поддавалась. Джош сидел рядом и вытирал сопли рукавом, это было слышно в темноте, хоть он изо всех сил пытался не очень дрожать. А может поднять дверь вверх? Там ведь есть такие маленькие колёсики, и двери сами иногда от простого захлопывания слезают с этих маленьких рельсов внизу.

- Джош, давай попробуем вместе приподнять дверь. Я один не смогу, она тяжелая. Не плачь, ты же со мной, а я уже большой, я обязательно что-то придумаю.

Крис напрягся, даже воздуха  набрал побольше . Но дверь не двигалась с места. После третьей попытки голова у него опять закружилась так сильно, что он провалился в пропасть забытья, не в силах бороться с волнами слабости, накрывающими сознание и тянущими на дно тишины, где не надо принимать
решения и бороться.

Когда Крис снова открыл глаза, Джош активно ковырял пальцами колесики под дверью шкафа. Джош страшно обрадовался, услышав зашевелившегося брата и крепко обнял его.

- Крис, смотри, что я нашел в карманах куртки! – сообразительный мальчик основательно порылся во всех карманах одежды и ликовал, протягивая брату улов, состоящий из россыпи M&Ms и старой пачки жвачек.  – Тут 24 конфеты, ты прости, я три не удержался и съел.

Конфеты могли поддержать их еще целый день, но нестерпимо хотелось пить. Часы за стенкой били ровно каждый час, но из-за провалов сознания Крис никак не мог сообразить, сколько времени они вот так сидят в темном шкафу – полдня или уже неделю. Не может быть, чтобы мама забыла про них, она просто ошиблась, погорячилась, с кем не бывает. В конце концов, они на самом деле были виноваты, и нечего было ему огрызаться, надо было про Джошика подумать, дурная голова, и сразу извиниться.

Крис очень хотел хорошенько рассердиться на мать. Ему было стыдно, когда она приходила за ним в школу, часто нетрезвая, злая, и давала ему втихаря подзатыльники, или больно щипала его выше рукава,  чтобы было не
видно. А сам он всегда на все расспросы учителей говорил, что мама добрая, на
них не кричит, не бьет и вкусно готовит. Он и брата так научил, а то старшие
ребята во дворе ему все рассказали – их могут забрать в детдом, а там еще хуже.

Зато отец и бабушка брали их раз в две недели к себе на выходные, вот чего стоило ждать и даже терпеть отчима. Там, во втором доме, было вкусно и спокойно. Бабушка хвалила его, что он так хорошо следит за Кроком. Она обычно приходила из магазина и кричала, разыскивая их под диваном: “А где мои сладкие внуки? Эй, есть здесь кто-нибудь? Кристофер! Джош! Где вы? Вот я вас сейчас найду! Кому конфет?”

Джош спит, натрескавшись шоколадных шариков. Кристофер обманул его с подсчетом сладостей, и отдал почти всю свою часть. Кто сказал, что врать нехорошо? Иногда это очень даже полезно! Нога совсем распухла, но почему-то меньше больно. Мама придёт! Она обязательно придёт! Она нас любит, это точно, просто ей плохо, а мы ей совсем не помогаем.

- Мама придёт, Джош, слышишь ты, мама придёт! Я это точно знаю, она обязательно за нами придёт! Ползи ко мне, я тебя обниму и расскажу тебе книжку, ты же помнишь все картинки. Так вот, слушай, однажды мама, папа и два братика… Что ты сказал? Да, точно, две сестрички, они все очень любили путешествовать, и надумали поехать в гости к бабушке…

- Эй, есть здесь кто-нибудь? Кристофер! Джош! Где вы?..

Крис решил, что он научился видеть сны с открытыми глазами. Ему показалось, что бабушка совсем близко, что сейчас она даст им суп, но сначала воду, много воды, по два стакана, нет, даже по три…

- Кристофер! Джош!

Наверное, он сошёл с ума. Такое бывает у моряков на подводных лодках, когда они долго одни, такая передача была.

- Здесь, Ба, мы здесь! – почему то сказал вслух Кристофер. И Крок начал кричать вместе с ним. – Ба, мы здесь, в шкафу!

Дверь хлопком открылась, электрический свет больно ударил в глаза. Кристофер закрыл ладошками лицо и пополз к бабушке.

***

Джен, пожилая женщина с пучком седых волос на затылке и грустным взглядом, помогала  своему мужу-электрику.  Она знала все названия инструментов, умела
проверить заземление и в особо серьезных проектах ходила и терпеливо убирала за ним мусор, вкладывая посильную лепту в семейный заработок. Джен обожала в
перерывах попить со мной кофе и рассказать истории о своей сложной жизни.

Десять лет тому назад она ждала своих внуков на выходные. По условиям развода сына с бывшей женой, детей привозили к ним домой через субботу. Но в ту субботу никто так и не появился у нее в доме в условный час. Не дождавшись и даже не дозвонившись до бывшей невестки, она поехала сама проверить, в чем дело. Джен знала, что мать её внуков пьет, все время ждала беды, но еще надеялась на то, что молодая мамаша образумится ради детей. Подъехав к дому, она увидела тёмные окна, словно внутри никого не было, на звонок никто не ответил. Но соседи доложили, что пару дней тому назад видели отъезжающую непутёвую мамочку вдвоем с женихом на машине. Джен с соседом выломила входную дверь и начала искать детей.

Суд постановил лишить материнства мать Криса и Джоша и привлечь ее вместе с сожителем к уголовной ответственности за применение физической силы, родительскую безответственность и моральное издевательство над детьми. В тот страшный день в жутком запое она избила старшего сына, тогда шестилетнего Кристофера, до сотрясения мозга и перелома ноги в двух местах, и заперла обоих детей в шкафу. После чего уехала с сожителем в неизвестном направлении, забыв, что дети остались запертыми. Бабушка нашла их лишь через двое суток.

Во время следствия Кристофер сказал следователям, что мама обязательно бы вернулась, просто бабушка пришла раньше. Проведя в больнице месяц, он прошел годовой курс психологической помощи и остался хорошим парнем. Он не озлобился, всегда приветлив и не расстается с братишкой. Старшая сестра отца усыновила обоих ребят, и по сей день они не разлей вода.

Мать  отсидела несколько лет в тюрьме, благополучно освободилась и вышла замуж. Сейчас у нее родился новый ребенок, можно все начать с чистого листа, она не желает ворошить прошлое. Она ни разу не написала сыновьям. Сегодня Кристоферу шестнадцать. В своей школе он открыл клуб защиты малышей от хулиганов. Все десять лет Кристофер каждый день сам проверяет почту, вдруг мама напишет, вспомнит, скажет, что любит. Мама придёт!